Неточные совпадения
Дворянство
требует радушия, не
правда ли?
Правда, что на скотном дворе дело шло до сих пор не лучше, чем прежде, и Иван сильно противодействовал теплому помещению коров и сливочному маслу, утверждая, что корове на холоду потребуется меньше корму и что сметанное масло спорее, и
требовал жалованья, как и в старину, и нисколько не интересовался тем, что деньги, получаемые им, были не жалованье, а выдача вперед доли барыша.
Одни
требовали расчета или прибавки, другие уходили, забравши задаток; лошади заболевали; сбруя горела как на огне; работы исполнялись небрежно; выписанная из Москвы молотильная машина оказалась негодною по своей тяжести; другую с первого разу испортили; половина скотного двора сгорела, оттого что слепая старуха из дворовых в ветреную погоду пошла с головешкой окуривать свою корову…
правда, по уверению той же старухи, вся беда произошла оттого, что барину вздумалось заводить какие-то небывалые сыры и молочные скопы.
— Да, да, я так думаю!
Правда? — спросила она, пытливо глядя в лицо его, и вдруг, погрозив пальцем: — Вы — строгий! — И обратилась к нахмуренному Дмитрию: — Очень трудный язык,
требует тонкий слух: тешу, чешу, потесать — потешать, утесать — утешать. Иван очень смеялся, когда я сказала: плотник утешает дерево топором. И — как это: плотник? Это значит — тельник, — ну, да! — Она снова пошла к младшему Самгину. — Отчего вы были с ним нелюбезны?
— Как я могу тебе в этом обещаться? — отвечал я. — Сам знаешь, не моя воля: велят идти против тебя — пойду, делать нечего. Ты теперь сам начальник; сам
требуешь повиновения от своих. На что это будет похоже, если я от службы откажусь, когда служба моя понадобится? Голова моя в твоей власти: отпустишь меня — спасибо; казнишь — бог тебе судья; а я сказал тебе
правду.
Католическое духовенство,
правда, не встретит в массе китайского народа той пылкости, какой оно
требует от своих последователей, разве этот народ перевоспитается совсем, но этого долго ждать; зато не встретит и не встречает до сих пор и фанатического сопротивления, а только ленивое, систематическое противодействие со стороны правительства как политическую предосторожность.
Но вы оставили письмо в келье, и это меня ободрило: не
правда ли, вы потому оставили в келье, что предчувствовали, что я буду
требовать назад письмо, так чтобы не отдавать его?
А она мне вдруг кричит: «Я ненавижу Ивана Федоровича, я
требую, чтобы вы его не принимали, чтобы вы ему отказали от дома!» Я обомлела при такой неожиданности и возражаю ей: с какой же стати буду я отказывать такому достойному молодому человеку и притом с такими познаниями и с таким несчастьем, потому что все-таки все эти истории — ведь это несчастье, а не счастие, не
правда ли?
«Да как же это можно, чтоб я за всех виноват был, — смеется мне всякий в глаза, — ну разве я могу быть за вас, например, виноват?» — «Да где, — отвечаю им, — вам это и познать, когда весь мир давно уже на другую дорогу вышел и когда сущую ложь за
правду считаем да и от других такой же лжи
требуем.
Этот дух, совсем не противоположный
правде демократических программ, прежде всего
требует личного и общественного перевоспитания, внутренней работы воли и сознания, он ставит судьбу общественности в зависимость от внутренней жизни человеческой личности, нации, человечества, космоса.
Правда, что человек не может заставить себя любить, как он может заставить себя работать, но из этого не следует, что можно обращаться с людьми без любви, особенно если чего-нибудь
требуешь от них.
А он
требовал не только честности,
правды, добра, но и веры в свое учение, как
требует ее другое учение, которое за нее обещает — бессмертие в будущем и, в залог этого обещания, дает и в настоящем просимое всякому, кто просит, кто стучится, кто ищет.
Когда его выбрали царем, царевич послал за город привести к себе своих товарищей. Когда им сказали, что их
требует царь, они испугались: думали, что они сделали какую-нибудь вину в городе. Но им нельзя было убежать, и их привели к царю. Они упали ему в ноги, но царь велел встать. Тогда они узнали своего товарища. Царь рассказал им все, что с ним было, и сказал им: «Видите ли вы, что моя
правда? Худое и доброе — все от бога. И богу не труднее дать царство царевичу, чем купцу — барыш, а мужику — работу».
Огромная разница еще в том, что в то время как Руссо не остается в
правде природной жизни и
требует социального контракта, после которого создается очень деспотическое государство, отрицающее свободу совести, Толстой не хочет никакого социального контракта и хочет остаться в
правде божественной природы, что и есть исполнение закона Бога.
Его высокопревосходительство, Нил Алексеевич, третьего года, перед Святой, прослышали, — когда я еще служил у них в департаменте, — и нарочно
потребовали меня из дежурной к себе в кабинет чрез Петра Захарыча и вопросили наедине: «
Правда ли, что ты профессор Антихриста?» И не потаил: «Аз есмь, говорю», и изложил, и представил, и страха не смягчил, но еще мысленно, развернув аллегорический свиток, усилил и цифры подвел.
Пытался было Герасим с Абрамом убедить мужиков, что не дела они
требуют, не по
правде поступают — толку не вышло.
Что Христос умер на кресте смертью раба, что
Правда была распята, — это факт, который все знают, который принуждает и насилует, его признание не
требует ни веры, ни любви; этот страшный факт дан всему миру, познан миром.
— Утешения я у вас не найду, да и не
требую, — начал Александр, — я прошу вашей помощи как у дяди, как у родственника… Я кажусь вам глуп — не
правда ли?
«Они не пойдут доносить на меня сами, не придут продавать мне свое молчание, но если от них
потребуют показаний, они скажут
правду, а эта
правда для меня страшнее всякой лжи. Для следствия нужна только нить, а бусы улик нанижутся сами. Узнают и о моих отношениях к Петухову и Гариновой; позовут и их; а кто знает, будут ли они молчать? Тому и другой я уже составил обеспеченное состояние. Нет, необходимо надо купить у Стешки эту бумагу».
Христианский реализм в отношении к человеческой природе не допускает фантазмов и утопий, ложной социальной мечтательности, но он
требует воли, решившейся реализовать
правду в каждое мгновение жизни.
Реалистическая этика
требует реального преображения и реального осуществления добра и
правды в жизни, реальных качеств человека, она человечна.
— Я никак не вру, потому что с того и начал, что не утверждаю,
правда это или нет! — возразил тот спокойно. — И потом, как же мне прикажете поступать? Сами вы
требуете, чтобы я передал вам то, что слышал, и когда я исполнил ваше желание, — вы на меня же кидаетесь!
Но ежели
правда и справедливость нарушены, то может ли закон равнодушно взглянуть на факт этого нарушения? Не вправе ли он
потребовать, чтобы нарушенное было восстановлено быстро, немедленно, по горячим следам? чтобы преступление, пристигнутое, разоблаченное от всех покровов, явилось перед лицом юстиции в приличной ему наготе и притом снабженное неизгладимым клеймом позора на мрачном челе?
Он доказал ему невозможность скачков и надменных переделок, не оправданных ни знанием родной земли, ни действительной верой в идеал, хотя бы отрицательный; привел в пример свое собственное воспитание,
требовал прежде всего признания народной
правды и смирения перед нею — того смирения, без которого и смелость противу лжи невозможна; не отклонился, наконец, от заслуженного, по его мнению, упрека в легкомысленной растрате времени и сил.
Правда (вновь старается прикрыть наготу. Публика гогочет:
правда твоя, свинья! Изменники! изменники! Некоторые из публики
требуют, чтоб
Правду отвели в участок. Свинья самодовольно хрюкает, сознавая себя на высоте положения.
Один
требовал себя изобразить в сильном, энергическом повороте головы; другой с поднятыми кверху вдохновенными глазами; гвардейский поручик
требовал непременно, чтобы в глазах виден был Марс; гражданский сановник норовил так, чтобы побольше было прямоты, благородства в лице и чтобы рука оперлась на книгу, на которой бы четкими словами было написано: «Всегда стоял за
правду».
Работнику сам хозяин задал дело. И вдруг приходит чужой человек и говорит ему, чтобы он бросил хозяйское дело и делал бы совсем противное тому, что приказал хозяин, чтобы даже испортил начатое хозяйское дело. Не
правда ли, надо, чтоб работник был совсем сумасшедший человек для того, чтобы, зная то, что он весь во власти хозяина и что хозяин может всякую минуту
потребовать его к себе, чтобы, зная всё это, работник бы согласился делать всё то противное воле хозяина, что велит этот чужой человек.
— Этот человек, — снова заговорила Настенька о Белавине, — до такой степени лелеет себя, что на тысячу верст постарается убежать от всякого ничтожного ощущения, которое может хоть сколько-нибудь его обеспокоить, слова не скажет, после которого бы от него чего-нибудь
потребовали; а мы так с вашим превосходительством не таковы, хоть и наделали, может быть, в жизни много серьезных проступков — не
правда ли?
Иначе и невозможно: как скоро сознание
правды и права, здравый смысл проснулись в людях, они непременно
требуют не только отвлеченного с ними согласия (которым так блистали всегда добродетельные герои прежнего времени), но и внесение их в жизнь, в деятельность.
Таким образом, признавая за литературою главное значение разъяснения жизненных явлений, мы
требуем от нее одного качества, без которого в ней не может быть никаких достоинств, именно —
правды.
К чему еще раз обманывать эту детски-наивную, простую душу, которая и без того ничего не хочет, ничего не
требует, кроме доброго слова да теплой ласки!» — думалось Бейгушу, и он молчал, решившись внутренно открыть ей на прощанье всю горькую
правду.
Это тоже была истинная
правда: Горданов, действительно, был сильно болен и в первый же день ареста
требовал ампутации пораженной руки. Ввиду его крайне болезненного состояния допросом его не обременяли, но ампутацию сделали. Он был тверд и, пробудясь от хлороформа после операции, спокойно взглянул на свою коротенькую руку. Ввечеру осторожный смотритель сказал Горданову, что его непременно хочет видеть Ропшин. Горданов подумал и сказал...
Правда, был еще, кроме ее, на дворе старый пес, желтого цвета, с бурыми крапинами, по имени Волчок, но того никогда, даже ночью, не спускали с цепи, да и он сам, по дряхлости своей, вовсе не
требовал свободы — лежал себе, свернувшись, в своей конуре и лишь изредка издавал сиплый, почти беззвучный лай, который тотчас же прекращал, как бы сам чувствуя всю его бесполезность.
— Ну, извольте:
правда, коли вы уж этого непременно
требуете, — проговорил он наконец.
Он обличает русскую государственность в исключительном увлечении материальной силой, т. е. самым низменным соблазном. Он приветствовал поражение России в Крымскую кампанию как справедливую кару. Он не хотел видеть призвания России в государственной мощи, он
требовал осуществления
правды. И в этом он стоял на линии интеллигенции.
— И, надо
правду сказать, господ школил форменно и
требовал службы настоящей, а к матросу был добер.
— А, мистер Берко, — сказала барыня, и лозищане заметили, что она немного рассердилась. — Скажите, пожалуйста, я и забыла! А впрочем, ваша
правда, ясновельможный мистер Борк! В этой проклятой стороне все мистеры, и уже не отличишь ни жида, ни хлопа, ни барина… Вот и эти (она указала на лозищан) снимут завтра свои свитки, забудут бога и тоже
потребуют, чтобы их звать господами…
Правда, старик не
требовал увеличения гонорара, но он съедал харча, по малой мере, на двадцать копеек в сутки, да, сверх того, ежедневно выпивал условленный полштоф, а это тоже денег стоило.
Императрица
потребовала прежде всего, чтобы Екатерина отвечала ей сущую
правду на ее вопросы, и первым вопросом было: действительно ли она писала только три известные письма к Апраксину?
Ходили по фойе с притушенным электричеством, и он рассказывал, как их враждебно встретили наборщики «Ленинградской
правды», как являлись депутации от заводов и
требовали напечатания оппозиционных резолюций.
— Еще бы! ведь я до сих пор только растравляю… на что похоже!
Правда, я растравляю, потому что этого
требует необходимость, но все-таки, если б у меня не было в виду уврачевания — разве я мог бы так бодро смотреть в глаза будущему, как я смотрю теперь?
Тут,
правда, не контузят и не ранят, а выслужиться можно скорей, чем в битвах, но зато эта служба
требует, так сказать, высших способностей, тут, так сказать… к ученому даже нечто примыкает, потому что требуется наблюдательность, а у меня ее никакейшей, а у нас за это не хвалят… и основательно делают, что не хвалят, потому что у нас без этого нельзя, потому что иначе на что же мы?
[Нигилист чистых кровей, мой дорогой! (фр.)]), так я с ним откровенно об этом говорил: «
Правда ли, спрашиваю, господин Благосклонов, что вы сто тысяч голов
требуете?» — «Никогда, говорит, ваше сиятельство, этого не бывало!..»
Романею подали; гости придвинулись поближе к запорожцу, который, выпив за здоровье молодых, принялся рассказывать всякую всячину: о басурманской вере персиян, об Араратской горе, о степях непроходимых, о золотом песке, о медовых реках, о слонах и верблюдах; мешал
правду с небылицами и до того занял хозяина и гостей своими рассказами, что никто не заметил вошедшего слугу, который, переговоря с работницею Марфою, подошел к Кирше и, поклонясь ему ласково, объявил, что его
требуют на боярский двор.
Я отсюда представляю себе эту изумительную сцену. Хл% стаков горячится и
требует призыва Гаврюшки и Стрельникова; напротив того, адвокат Прокопа с чувством и даже настойчиво отклоняет это требование. Но
правда, однако ж, превозмогает; свидетели вызваны; Хлестаков потирает руки, настораживает уши, старается уловить каждое слово, каждый звук драгоценного свидетельства — и что же слышит?!
— Александра Михайловна, да как же вы не понимаете? Ведь ему,
правда, деньги нужны, без залога в артель не принимают. Как же жить будем?… Хорошо еще, пока залог берут небольшой; а скоро, говорят, семьсот рублей будут
требовать. Очень уж много желающих… — Она поспешно прервала себя: — Батюшки, ведь сегодня суббота! А лампадка не оправлена, не зажжена!..
Это
правда, и вы имели право
потребовать от меня отчет в моих поступках.
Она слышит его голос, где дрожит сердечное волнение. С ней он хочет братски помириться. Ее он жалеет. Это была не комедия, а истинная
правда. Так не говорят, так не смотрят, когда на сердце обман и презрительный холод. И что же ему делать, если она для него перестала быть душевно любимой подругой? Разве можно
требовать чувства? А брать в любовницы без любви — только ее позорить, низводить на ступень вещи или красивого зверя!
Марья Львовна. Я не
требую… невозможного… Но мы живем в стране, где только писатель может быть глашатаем
правды, беспристрастным судьею пороков своего народа и борцом за его интересы… Только он может быть таким, и таким должен быть русский писатель…
Правда, он не спускал промахов и ошибок рабочих, иногда и сам поталкивал их,
требовал работы, но зато помещения, харчи были самые хорошие, жалованье всегда было выдано во-время, и в праздники он подносил водку.